Преюдиция в уголовном процессе пример

Содержание к диссертации

Введение

Глава I. Теоретические основы преюдиции в уголовном судопроизводстве 13

1. Понятие, содержание и роль преюдиции в уголовно-процессуальном праве 13

2. Виды преюдиции в уголовном процессе, их классификации и значение 58

3. Соотношение преюдиции в уголовном процессе со смежными понятиями 88

4. Сравнительный анализ преюдиции в уголовно-процессуальном законодательстве зарубежных государств и его значение 105

Глава II. Механизм преюдиции в уголовном судопроизводстве 119

1. Некоторые особенности доказывания с использованием преюдиции и проблемы её применения в практике органов предварительного расследования и суда 119

2. Пределы действия преюдиции в уголовном судопроизводстве 149

Заключение 160

Список использованной литературы 163

Приложения

Введение к работе

Актуальность темы диссертационного исследования. Федеральным законом от 29 декабря 2009 г. № 383-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены существенные изменения в ст. 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации1, предусматривающую преюдицию.

Однако данная уголовно-процессуальная норма оказалась далека от совершенства, она не только не разрешает проблемы, связанные с применением преюдиции при доказывании по уголовным делам, но даже усугубляет их, что порождает коллизии в правоприменении, которые необходимо проанализировать в целях выработки механизма их преодоления.

Проблемы преюдиции вызывают острые дискуссии в различных отраслях права. В уголовном судопроизводстве она занимает особое место, доказывание с её использованием имеет свою специфику.

Практика применения преюдиции выявила несовершенство её законодательного урегулирования. Особо значимым является определение сущности и места преюдиции в уголовно-процессуальном праве. Как представляется, тщательное изучение научных подходов к её пониманию позволит детально проанализировать вопросы не только теоретического, но и практического характера.

Актуальность выбранной темы обусловлена также тем, что в уголовном процессе ещё не создан оптимальный механизм реализации преюдиции. Судебная практика не всегда основывается на буквальном толковании ст. 90 УПК РФ. Важность данного исследования определяется необходимостью научного осмысления и совершенствования нормативного урегулирования преюдиции, созданием такого механизма её реализации, который учитывал бы интересы участников уголовного судопроизводства. При этом целесооб 4 разно принять во внимание отечественный и зарубежный опыт законодательного закрепления преюдиции.

В настоящее время в науке уголовного процесса существуют противоречивые суждения о применении преюдиции, данная проблема является недостаточно разработанной. Вместе с тем она создаёт основу для глубоких теоретических исследований не только общих, но и частных вопросов уголовного судопроизводства, а также совершенствования уголовно-процессуального законодательства.

Однако, несмотря на очевидную правовую значимость, преюдиция не являлась предметом системного монографического исследования, в настоящее время не существует единого её понимания.

Полагаем, что преюдиция требует комплексного научного исследования, а для эффективности её применения некоторые нормы в уголовно-процессуальном законе необходимо изменить и дополнить. Изложенные обстоятельства предопределяют актуальность темы данного диссертационного исследования.

Степень научной разработанности темы. Значение преюдиции, классификация её видов, соотношение с другими смежными понятиями, особенности доказывания с её применением редко становились предметом научных исследований в теории уголовного процесса.

В дореволюционный период XX века преюдицию в значении предсу-димости рассматривали в своих работах В.К. Случевский, И.Я. Фойницкий, И.Г. Щегловитов и другие учёные.

В последующем при исследовании проблем доказательственного права отдельным вопросам, касающимся соотношения преюдициально установленных обстоятельств и предмета доказывания по уголовным делам, уделялось внимание СВ. Курылевым, М.К. Треушниковым, Я.Л. Штутиным.

Преюдициальность в качестве свойства законной силы решения суда рассматривалась в трудах В.П. Воложанина, А.П. Ереминой, О.Е. Плетневой. В советский период отдельные вопросы, связанные с пределами действия преюдиции, затронуты в работах Ю.М. Грошевого, И.Л. Петрухина, Г.М. Резника, М.С. Строговича и других авторов.

При проведении диссертационных исследований преюдицию как правовой институт в отечественном уголовно-процессуальном праве рассматривали А.С. Березин, О.В. Левченко, У.М. Юсубова.

Из последних работ, посвященных этим проблемам, можно также выделить труды О.Ю. Гай, Н.А. Колоколова, П.А. Скобликова, в которых затрагивались некоторые вопросы, связанные с реализацией уголовно-процессуальной преюдиции, а также касающиеся особенностей её использования в гражданском процессе.

Вместе с тем, несмотря на значимость научных исследований указанных авторов, существуют проблемные вопросы применения преюдиции, требующие научно-теоретического осмысления. Причины этого обусловливаются интенсивно изменяющимся уголовно-процессуальным законодательством. Это свидетельствует о научной и практической значимости проблемы преюдиции в уголовном судопроизводстве, а также о необходимости её дальнейшей теоретической разработки.

Объектом исследования являются правоотношения в сфере уголовного судопроизводства, возникающие вследствие применения преюдиции.

Предмет исследования составляют нормы законодательства Российской Федерации и зарубежных государств, теоретические положения уголовно-процессуальной науки, касающиеся применения преюдиции.

Цель и задачи диссертационного исследования. Целью настоящего исследования является комплексное изучение доказывания по уголовным делам с использованием преюдиции, разработка научных положений о её месте и роли в системе уголовно-процессуального права, а также предложений по совершенствованию законодательства и практики её применения.

Для реализации цели исследования ставятся следующие задачи: - уточнить понятие преюдиции, определить её сущность, черты и значение в уголовном процессе;

- выделить и рассмотреть виды преюдиции в уголовном судопроизводстве, дополнить её классификацию;

- проанализировать особенности доказывания в уголовном процессе с использованием преюдиции;

- определить пределы её действия;

- рассмотреть соотношение преюдиции со смежными понятиями: презумпциями, общеизвестными и историческими фактами, формальным признанием, правилом об исключении доказательств, фикциями;

- провести сравнительно-правовой анализ преюдиции в уголовно процессуальном законодательстве зарубежных государств;

- с учётом практики применения преюдиции при расследовании и рас смотрении уголовных дел обосновать необходимость внесения изменений в УПК РФ с целью устранения противоречий, возникающих в процессе практической деятельности.

Методологические и теоретические основы исследования. Методологической основой диссертационного исследования является диалектический метод научного познания, а также такие частно-научные методы как исторический, сравнительно-правовой, логико-юридический, синтеза, аналогии, анализа, обобщения судебно-следственной практики применения преюдиции.

Кроме того, в работе использованы методы социологических исследований, а именно: анкетирование репрезентативного количества следователей и дознавателей органов внутренних дел; интервьюирование судей, работников прокуратуры (прокуроров, их заместителей, следователей) по вопросам, связанным с реализацией преюдиции.

При подготовке диссертации учитывался опыт применения преюдиции при расследовании уголовных дел о преступлениях, совершённых в соуча 7 стии, накопленный за период работы автора в органах предварительного следствия.

Теоретической основой исследования послужили научные труды в области общей теории права, международного, конституционного, уголовно-процессуального, гражданского и других отраслей права, в том числе работы, касающиеся применения преюдиции.

Нормативно-правовую основу исследования составили Конституция Российской Федерации , нормы международного и федерального законодательства, положения уголовно-процессуальных законов зарубежных государств, постановления (определения) Конституционного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Эмпирическая база исследования. В диссертации проанализированы эмпирические данные, полученные в ходе проведения анкетирования 215 следователей и дознавателей органов внутренних дел Владимирской, Московской, Смоленской, Тверской, Тульской областей, Приморского и Хабаровского краёв, следователей Следственного комитета при МВД России, что составляет 12,3 % от генеральной совокупности; а также интервьюирования 114 судей и работников прокуратуры (прокуроров,.их заместителей, следователей), применявших преюдицию.

Кроме того, в ходе проведённого диссертационного исследования использовались материалы следственной и судебной практики: 507 уголовных дел о преступлениях, совершённых в соучастии, рассмотренных в судах г. Москвы, Московской и Тульской областей, Приморского и Хабаровского краёв, а также завершённых в прокуратуре Тульской области, следственном управлении при УВД по Северо-Восточному округу г. Москвы, следственном отделе при ОВД г. Партизанска Приморского края, следственном управлении по городскому округу Подольск и Подольскому муниципальному району Московской области, следственном управлении при УВД по Хабаровскому краю, отделениях дознания УВД-ОВД по Московской области, за период с

1 Далее - Конституция РФ. 2004 по 2009 гг., из которых 157 выделены в отдельное производство по различным основаниям, предусмотренным пп. 1,2 ч. 1 ст. 154 УПК РФ, в том числе по 98 из них применялась преюдиция, что составляет более 1/3 от общего числа изученных уголовных дел.

Проведён анализ статистических данных ГИАЦ МВД России о следственной работе, относящихся к предмету исследования, за период с 2006 по 2009 гг. В процессе исследования использовались материалы правовых информационных баз «Гарант Плюс», «Консультант Плюс», «Законодательство стран СНГ», справочно-информационного фонда Организационно-инспекторского департамента МВД России, а также 12-летний опыт работы диссертанта в органах предварительного следствия в качестве следователя.

Данная эмпирическая база характеризует репрезентативность проведённого диссертационного исследования.

Научная новизна исследования заключается в научном обосновании автором необходимости совершенствования механизма применения преюди-ции в уголовном судопроизводстве, а также в комплексном анализе динамично изменяющегося уголовно-процессуального законодательства, современных достижений отечественной уголовно-процессуальной науки, их влияния на преобразование российской правовой системы.

Диссертационное исследование является одной из первых работ, посвященных проблемам применения преюдиции, в свете последних изменений, внесённых Федеральным законом от 29 декабря 2009 г. № 383-ФЗ в ст. 90 УПК РФ, которые, по мнению автора, обусловлены Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2008 г. № 193-О-П. 

В уголовно-процессуальном законе впервые закреплена преюдиция не только в отношении обстоятельств, установленных вступившим в законную силу приговором, но и иным решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, что является принципиально важным для уголовного процесса. Соискателем предпринята попытка комплексного исследования пре-юдиции, уточнено понятие, раскрыто содержание, определено её место в уголовно-процессуальном праве, пределы действия, соотношение со смежными понятиями, а также на монографическом уровне проанализированы отдельные её виды.

Анализ научной литературы позволяет прийти к выводу о том, что преюдиция комментируется только в общих чертах. В основном в монографиях и учебной литературе действие преюдиции связывают с теорией и практикой применения на основе Гражданского процессуального кодекса РСФСР 1964 г., в то время как в уголовном процессе её исследованию не уделено должного внимания.

Автором проведён сравнительный анализ преюдиции в уголовно-процессуальном законодательстве ряда государств на постсоветском пространстве. Данное исследование позволяет использовать некоторые положения уголовно-процессуального законодательства государств-участников Содружества Независимых Государств1 для совершенствования действующей модели преюдиции в отечественном уголовном судопроизводстве.

В процессе исследования данной проблемы рассмотрены причины возникновения коллизионных ситуаций, обнаружены пробелы в действующем уголовно-процессуальном законодательстве, в связи с чем сформулированы выводы и предложение о необходимости внесения в него изменений. Проведённое исследование не только дополняет теоретические положения о преюдиции, но и позволяет выделить особенности доказывания с её применением.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Сформулированное авторское определение преюдиции, под которой следует понимать правило, освобождающее от доказывания обстоятельств, установленных вступившим в законную силу приговором, которые признаются в ходе производства по другому уголовному делу.

1 Далее - СНГ. Значение преюдиции заключается в том, чтобы исключить противоречия между судебными актами в целях соблюдения их общеобязательности, ускорить и облегчить процесс установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также способствовать процессуальной экономии.

2. Выявленные в процессе проведённого исследования отличительные черты обстоятельств, установленных приговором, имеющим преюдициальное значение, выражающиеся в том, что они обоснованы доказательствами, полученными в ходе уголовного судопроизводства по другому уголовному делу; облечены в процессуальную форму; относятся к предмету доказывания по уголовному делу; не касаются вопроса о виновности лиц, не принимавших участия при рассмотрении уголовного дела. •

3. Особенности содержания преюдиции в уголовно-процессуальном законодательстве государств на постсоветском пространстве, которые заключаются в закреплении её отраслевой направленности в отношении всех итоговых судебных решений, принимаемых при рассмотрении уголовного дела по существу; признании межотраслевой ограниченной преюдиции решений суда по гражданским делам; применении её не только властными субъектами уголовного судопроизводства, но и участниками процесса со стороны защиты.

Содержание преюдиции в отечественном уголовном процессе наиболее полно отражает её сущность в части признания обстоятельств, установленных вступившим в законную силу приговором.

4. Авторская классификация преюдиции в уголовном процессе, которая проводится е зависимости от субъекта принятия процессуального решения в уголовном судопроизводстве по трём группам:

1) преюдщия, применяемая следователем, дознавателем;

2) преюдщия, применяемая прокурором;

3) преюдщия, применяемая судом.

Научная классификация осуществлена с учётом применения преюдиции властными субъектами на разных стадиях уголовного судопроизводства в соответствии с предоставленными им полномочиями в целях наиболее полного освещения особенностей её использования.

5. Авторский вывод о том, что в уголовном процессе объективные пределы действия приговора, имеющего преюдициальное значение, ограничены установленными им фактическими обстоятельствами совершения преступления.

6. Предложение о внесении изменений в уголовно-процессуальное законодательство, направленных на совершенствование механизма применения преюдиции в уголовном судопроизводстве:

изложить ст. 90 УПК РФ в следующей редакции: «Преюдиция

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такой приговор не может касаться вопроса о виновности лиц, не участвовавших в рассмотренном уголовном деле в качестве подсудимых».

Обоснованность и достоверность результатов исследования определяются его комплексным характером, использованием различных методов научного исследования, основываются на объективном анализе норм российского и зарубежного уголовно-процессуального законодательства, правоприменительной практики, статистических данных, научных трудах отечественных исследователей, материалах периодической печати, относящихся к теме работы.

В диссертации использованы собранные автором эмпирические данные и теоретический материал. Достоверность полученных результатов подтверждается репрезентативностью проведённого исследования.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что его результаты имеют значение для дальнейших научных исследований преюдиции как в уголовном судопроизводстве, так и в иных отраслях права. Результаты диссертационного исследования предлагается использовать в учебном процессе при чтении лекций, проведении семинаров и практических занятий со студентами и слушателями высших юридических учебных заведений при преподавании курса «Уголовно-процессуальное право», а также в практической деятельности органов предварительного расследования и суда.

Предложения, высказанные и обоснованные в диссертации, могут быть использованы для совершенствования действующего законодательства и практики его применения.

Апробация и внедрение в практику результатов диссертационного исследования. Диссертация обсуждена и одобрена на кафедре управления органами расследования преступлений Академии управления МВД России.

Основные положения, предложения и выводы изложены в семи публикациях, в выступлениях на межвузовских научно-практических конференциях: «Проблемы управления органами расследования преступлений в связи с изменением уголовно-процессуального законодательства» (г. Москва, 2008 г.) и «Актуальные вопросы применения уголовно-процессуального и уголовного законодательства в процессе расследования преступлений» (г. Москва, 2009 г.). ґ

Результаты, полученные в процессе исследования, нашли применение в учебном процессе Академии управления МВД России, Владимирском юридическом институте ФСИН России в ходе подготовки к лекциям, семинарским и практическим занятиям по дисциплинам «Уголовный процесс», «Криминалистика», «Предварительное следствие в ОВД», а также использовались в практической деятельности следователей следственного управления при УВД по Северо-Восточному округу г. Москвы и на совместных занятиях с органами дознания, внедрены в практическую деятельность дознавателей УВД-ОВД по Московской области.

Структура, объём и содержание диссертации определены целью и задачами исследования. Настоящая работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя шесть параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.  

Понятие, содержание и роль преюдиции в уголовно-процессуальном праве

Преюдиция пока не нашла однозначного определения в современном российском праве. Обращаясь к истокам её возникновения, следует отметить, что впервые преюдиция возникла в римском праве. Этот правовой термин берёт своё начало от латинского слова «praejudicium», что означает «предрешение вопроса, заранее принятое решение, обстоятельство, позволяющее судить о последствиях»1.

В римском праве изначально её содержание заключалось в следующем: судебное решение выступало в качестве прецедента при рассмотрении судом аналогичного дела в последующем. Это означало, что судья обязан был согласовать выносимое решение с тем, которое уже вступило в законную силу. Вместе с тем, надо заметить, что последнее обязательным для суда не являлось.

Рассматривая преюдицию в странах общего права, можно констатировать, что она имеет отношение лишь к судебным решениям, и это понятно, поскольку в этой системе судебный прецедент является источником права. Очевидно, по этой причине большинство исследователей считают, что преюдицию следует относить лишь к судебной практике.

В переводе с латинского слово «прецедент» означает предшествую-щий . Прецедент - это судебное решение по определённому юридическому делу, которое впоследствии принимается как правило, обязательное для всех судов такой же либо низшей инстанции, а также при рассмотрении иных аналогичных дел.

Реализация судебного прецедента происходит по вертикали и по горизонтали. Так, с одной стороны, при рассмотрении юридического дела у судьи возникает обязанность учитывать решения вышестоящего суда, а, с другой стороны, вышестоящие суды обязаны следовать своим предшествующим решениям.

Родиной прецедентного права принято считать Англию. Судебный прецедент - это основа англосаксонской правовой системы. В практике английских судов имеются случаи, когда судьи в ходе рассмотрения дел обращались к судебным прецедентам, имевшим место более 100 лет тому назад. Однако в настоящее время суды стран «общего права» скорее создают прецеденты толкования, нежели новые судебные прецеденты. Постепенно расширяется сфера правоотношений, которая регулируется законодательством.

Для стран «романо-германского права» было характерно правило «res judicata», которое устанавливало, что судебное решение обязательно лишь для участвующих в деле сторон и признавалось юридическим фактом.

В последние годы в странах «общего права» суды уже не следуют прецедентам, которые были созданы в далёком прошлом. Что касается европейских стран, то в их правовой системе наблюдается тенденция к ограничению возможностей суда для отступления от сложившихся правил судебной практики.

В американском доказательственном праве, как утверждает Е.В. Кудрявцева, преюдиция рассматривается только в качестве способа использования судебных решений1.

В отечественном дореволюционном уголовном процессе XX века термин «преюдиция» был заимствован из французского процессуального права и употреблялся в значении предсудимости. Как пишет Е.Г. Малых, предсудимость означает, что «до разрешения по существу данным судом требования истца необходимо рассмотреть в судебном порядке неподведомственный данному суду спор о праве или факте (спор по «преюдициальному вопросу») с вынесением по такому спору судебного решения»1.

Мнение о том, что первоначально в отечественном уголовном судопроизводстве преюдицию воспринимали как предсудимость, разделяет также У.М. Юсубова. Такой точки зрения придерживался в своё время и В.К. Случевский, который утверждал, что преюдициальным, или предсу-димым, в уголовном процессе признавался такой вопрос права, который удовлетворял следующим условиям: 1) предметом его должно было быть обстоятельство, обусловливающее наличие преступного деяния; 2) вопрос должен быть разрешён другим судом, а не судом, решающим вопрос о виновности3.

В Уставе уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 г.4 предсудимость нашла своё отражение в ряде статей. Так, согласно ст. 29 Устава «окончательное решение гражданским судом подлежащих его рассмотрению вопросов обязательно для уголовного суда только в отношении действительности и свойства события или деяния, а не в отношении виновности подсудимого».

Надо заметить, что в то время в уголовном процессе имелось такое понятие как «гражданская предсудимость». Ст. 27 Устава предусматривала следующее: «если определение преступности деяния зависит от определения в установленном порядке прав состояния или собственности на недвижимое имущество или же свойства несостоятельности обвиняемого, то преследование уголовным судом не возобновляется, а возбужденное приостанавливается до разрешения спорного предмета судом гражданским», т.е. до тех пор, пока не разрешался гражданско-правовой вопрос, уголовное дело не должно было возбуждаться, а производство по возбужденному делу подлежало приостановлению.

Характерной особенностью уголовного процесса являлось то, что при рассмотрении дел о преступлениях, связанных с нарушением церковных правил, вводилось понятие так называемой «духовной предсудимо-сти», которая была предусмотрена ст.ст. 1013 - 1015 Устава. Последняя означала, что лицо, виновное в совершении преступления, связанного с нарушением законов церкви, подлежало преданию уголовному суду только после получения заключения духовного суда.

К примеру, ст. 1013 Устава предусматривала: «По делам о многобрачии лиц христианских исповеданий обвиняемые предаются уголовному суду не прежде как по истребовании от суда духовного точных сведений о совершении брака при существовании уже другого. В том же порядке истребуются от духовного суда сведения и по делам о кровосмешении между лицами, не состоящими в брачном союзе». Согласно ст. 1014 Устава «дела о вступлении в брак в недозволенных степенях родства и свойства, о воспрещённом браке христиан с нехристианами и о четвёртом браке православных поступают к уголовному суду по окончании над виновными суда духовного», а в соответствии со ст. 1015 «сему же порядку следуют и другие дела брачные, в коих уголовный суд по передаче их из суда духовного определяет уголовную ответственность подсудимых, а также дела о браках таких лиц духовного звания, коим по законам церкви их воспрещено вступать в брачный союз, если виновными употреблён был для сего обман или подлог».

Виды преюдиции в уголовном процессе, их классификации и значение

Для облегчения анализа преюдиции следует рассмотреть её классификации. В настоящее время в научной литературе не представлено комплексного исследования классификаций преюдиции, а рассмотрены лишь некоторые её виды.

Учёные предлагают различные деления преюдиции. Например, А.П. Еремина разделяет преюдиции на юридические и логические (первые связаны с различными процессами, а вторые - действуют в рамках одного процесса); на условные и безусловные - в зависимости от возможности их проверки при определённых условиях1.

Применительно к уголовному процессу можно сказать, что в ст. 90 УПК РФ предусмотрена безусловная преюдиция для всех субъектов её реализации.

На наш взгляд, субъектами применения преюдиции являются суд, прокурор, следователь и дознаватель в силу того, что только властные участники уголовного судопроизводства наделены полномочиями осуществлять от имени государства уголовное преследование, а также рассматривать уголовное дело по существу, каждый — в соответствии со своими функциями. В силу возложенных служебных обязанностей они выполняют определённые процессуальные действия и принимают официально-властные решения, обеспечивая гарантированные права и свободы других участников уголовного процесса.

Рассматривая прокурора как субъекта применения преюдиции, следует заметить, что в его полномочия не входит расследование уголовных дел. Согласно ч. 1 ст. 37 УПК РФ прокурор осуществляет от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, на него как на представителя власти возложено осуществление уголовного преследования в форме поддержания государственного обвинения. Он признаёт установленные вступившим в законную силу приговором обстоятельства при утверждении обвинительного заключения (обвинительного акта).

В теории уголовного процесса выделяют начальные, промежуточные, окончательные (итоговые) процессуальные решения. Так, П.А. Лупинская пишет, что процессуально-правовые решения содержат не только ответы на вопросы «что установлено» или «не установлено», но и какие правовые последствия вызывают установленные или неустановленные обстоятельства. Многие из процессуальных решений «управляют» движением дела, обеспечивают его всестороннее, полное, объективное исследование в установленные законом сроки1.

Прокурор, давая согласие на определённое решение следователя (дознавателя), может одновременно указать, что необходимо предпринять для успешного расследования уголовного дела. Таким образом, в зависимости от субъекта принятия процессуального решения в уголовном судопроизводстве предлагаем различать следующие виды преюдиции: 1) преюдиция, применяемая следователем, дознавателем; 2) преюдиция, применяемая прокурором; 2) преюдиция, применяемая судом. В.М. Семенов считает, что необходимо выделять обязательность решений суда, вынесенных в порядке гражданского судопроизводства, и взаимную обязательность решений и приговоров". По мнению М.Г. Авдюкова, следует различать преюдицию факта и преюдицию правоотношения1. Н.Б. Зейдер делит преюдиции на обязательные и необязательные в зависимости от того, является ли данная преюдициальная связь обязательной в силу прямого требования закона или же такая обязательность преюдициальных отношений отсутствует2. А.В. Карданец предлагает классифицировать преюдиции в зависимости от сферы действия в рамках системы права на общеправовые, межотраслевые, отраслевые . Характерной особенностью общеправовых преюдиции является то, что они распространяют своё действие на все отрасли права. Например, судебное решение, устанавливающее факт признания гражданина недееспособным, имеет юридическую силу во всех отраслях права. В частности, если в ходе расследования уголовного дела установлено, что лицо, совершившее преступление, ранее было признано недееспособным, то это является основанием для обязательного назначения судебной экспертизы (п. «3» ч. 1 ст. 196 УПК РФ). Факт признания судом лица недееспособным принимается без дополнительных проверок и повторного доказывания.

Межотраслевые преюдиции распространяют своё действие по меньшей мере в двух отраслях права. Для отраслевых преюдиции характерно то, что они реализуются только в одной отрасли права, не выходя за её рамки.

Аналогичного взгляда придерживается и П.А. Скобликов, который пишет, что в теории права выделяются преюдиция межотраслевая и внутриотраслевая. Межотраслевая преюдиция имеет место тогда, когда установленные судом факты и (или) сделанные им юридические оценки в процессе одного вида (например, в уголовном) обязательны для суда, рассматривающего дело в процессе другого вида (например, в административном или гражданском). Внутриотраслевая преюдиция имеет место тогда, когда установленные судом факты и (или) сделанные им юридические оценки в процессе одного вида, обязательны для суда, рассматривающего дело в процессе того же ви-да .

Учёный различает ещё два вида преюдиции: неопровержимую (строгую) и опровержимую (нестрогую). При неопровержимой преюдиции суд, рассматривающий другое дело, в случае наличия предусмотренных законом условий обязан без проверки принять факты, ранее установленные судом. При опровержимой преюдиции суд вправе поставить под сомнение предыдущее судебное решение и отвергнуть презюмируемые факты.

Также П.А. Скобликов считает, что целесообразно выделять преюди-цию полную, т.е. не ограниченную какими бы то ни было условиями, и пре-юдицию усечённую (ограниченную). При этом им же отмечается, что в российской правовой действительности полная преюдиция существовала пока лишь как теоретическая абстракция; любая, закреплённая в законодательстве преюдиция, оговорена определёнными условиями, ограничена по своему действию".

Вместе с тем, надо заметить, что характерной особенностью преюдиции в современном российском уголовном процессе (ст. 90 УПК РФ) является то, что её действие не ограничено никакими условиями.

Некоторые особенности доказывания с использованием преюдиции и проблемы её применения в практике органов предварительного расследования и суда

Преюдиция связана с судебным решением, что определяет специфику доказывания с её применением. Ст. 90 УПК РФ, как отмечалось нами ранее, включена в главу 11-ую УПК РФ «Доказывание». Согласно ст. 85 УПК РФ доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств, но среди доказательств, установленных ч. 2 ст. 74, не упоминаются решения суда, вступившие в законную силу. Тогда возникает вопрос: относятся ли они к доказательствам.

Проведённый анализ научной литературы позволяет констатировать, что по данному вопросу высказываются противоречивые суждения.

Так, О.В. Левченко утверждает, что преюдициальные акты следует относить к иным документам1. Такого же мнения придерживается и У.М. Юсубова2.

Приговор суда, как пишет М.С. Строгович, является «официальным документом, удостоверяющим определённые факты, принимаемые судом как истинные, без дальнейших доказательств только в том случае, когда они представляются бесспорными и не вызывающими сомнений в своей истинности»3.

На законодательном уровне в уголовном процессе перечень «иных документов», допускаемых в качестве доказательств (п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ), конкретно не установлен, поэтому возникает вопрос: можно ли отнести вступивший в законную силу приговор к «иным документам». В связи с этим обратимся к смежной отрасли права — гражданскому процессу.

Согласно ч. 1 ст. 71 ГПК РФ «приговоры и решения суда, иные судебные постановления» относятся к «письменным доказательствам», а ст. 61 указывает на «особые условия» их применения. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ «обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица».

Обстоятельства, установленные решениями арбитражного суда, также имеют преюдициальное значение для гражданских дел, рассматриваемых в судах общей юрисдикции. Так, согласно ч. 3 ст. 61 ГПК РФ «при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом».

Рассматривая проблемы преюдиции в гражданском и арбитражном процессе, Е.Г. Малых пишет: «Если преюдициальный судебный акт не является доказательством, то в таком случае следует признать, что в законодательстве не содержится специальных правил представления, исследования и оценки преюдициального судебного постановления»1.

По его мнению, судебный акт является доказательством по следующим причинам: преюдициально установленные факты входят в предмет доказывания по делу; они становятся объектом процессуального познания и оцениваются судом.

Обращаясь к судебной практике, Е.Г. Малых утверждает, что при исследовании и оценке судебных постановлений судами применяются такие же правила, как и в отношении письменных доказательств1.

Рассматривая соотношение таких понятий как «доказательство» и «источник доказательств» в уголовном процессе, С.А. Шейфер пишет, что ч. 1 ст. 74 УПК РФ раскрывает содержание доказательства, а ч. 2 - его форму. Иными словами, показания, заключения, вещественные доказательства, протоколы и документы являются доказательствами, но рассматриваемыми со стороны их формы, в то время как сведения о фактах, подлежащих доказыванию, составляют содержание доказательств. Синтезированное определение доказательства следующее: доказательство — это сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, полученные законным способом и облечённые в надлежащую процессуальную форму".

В.И. Крупницкая считает, что доказательство следует рассматривать как содержащиеся в установленной законом форме и отвечающие требованиям относимости и достоверности сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела, полученные из предусмотренных в законе источников, обладающих свойством допустимости3.

М. Шалумов утверждает, что «если само доказательство — это сведения, то источник доказательства - это процессуальная форма, в которой закреплены, изложены данные сведения. И соотносятся указанные понятия так же, как содержание и форма. ... Доказательство и его источник - разные понятия, поскольку в первом случае речь идет об информации, а во втором — о носителе этой информации»4.

Таким образом, между доказательством и его источником существует неразрывная связь. Доказательство имеет процессуальную форму и признаётся при соблюдении определённой процедуры его получения, которая определена УПК РФ. Если рассматривать доказательства в уголовно-процессуальном значении, то в готовом виде они не могут существовать вообще, ведь для их появления требуется ещё и уголовно-процессуальная деятельность правоприменителя, недаром в этой связи С.А. Шейфер, Е.А. Доля и другие учёные говорят о «формировании доказательств».

Указывая на практическое значение разграничения вышеназванных понятий, М. Шалумов приводит в качестве примера уголовное дело в отношении гр-ки Е. Ашировой, которое было возвращено судьёй со стадии предварительного слушания прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных при составлении обвинительного заключения, заключающихся в том, что следователь не привёл перечень доказательств, имеющихся в материалах дела, а сослался лишь на их источники без изложения сведений, составляющих конкретное доказательство.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 18 июня 2003 г. отметил, что в ч. 2 ст. 74 УПК РФ перечисляются источники доказательств, к которым относятся показания подозреваемого и обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, заключение и показания эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы. При таких обстоятельствах следует признать, что в соответствии со ст. 220 УПК РФ следователь обязан сослаться не только на источник доказательств, но и привести сами сведения, составляющие их содержание как доказательств1.

Пределы действия преюдиции в уголовном судопроизводстве

Одной из важных проблем, связанных с применением преюдиции, является определение пределов её действия. В юридической литературе встречается такое понятие как «пределы преюдиции».

Проведённый анализ показал, что у различных исследователей отсутствует единое понимание границ, в пределах которых должны признаваться обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением. Данный вопрос является дискуссионным.

Так, В.К. Бабаев утверждает, что пределы действия преюдиции связаны с пределами действия законной силы приговора или решения. По его мнению, объективные пределы законной силы судебного решения ограничивают его действие предметом судебного решения1.

Предмет судебного решения — это правоотношение, по поводу которого вынесено судебное решение, и положенные в основу судебного решения юридические факты, индивидуализирующие правоотношение".

Г.М. Резник считает, что необходимо различать объективные, а также субъективные пределы преюдиции. По его мнению, к объективным пределам следует относить круг фактов, установленных соответствующим процессуальным актом и не подлежащих в связи с этим доказыванию. Он полагает, что объективные пределы преюдиции, вытекающей из приговора, шире объективных пределов соответствующих актов гражданского судопроизводства. К субъективным пределам он относит круг лиц, на которых они распространяются, т.е. только тех лиц, в отношении которых вынесены соответствующие акты3.

О.В. Левченко в целом соглашается с мнением Г.М. Резника, утверждая, что объективные пределы преюдиции очерчивают круг фактов, установленных соответствующими процессуальными актами и не подлежащих в связи с этим доказыванию, а также теми правоотношениями, по поводу которых вынесен данный приговор. К субъективным пределам преюдиции она относит не только круг лиц, в отношении которых вынесены соответствующие акты, но и органы, должностные лица, которые применяют данные акты и в силу внутреннего убеждения оценивают их значение для уголовного дела, при этом разделяя их на «две группы: к первой из них будут относиться суд (судья); ко второй — прокурор, следователь, орган дознания» .

В качестве доводов по поводу отнесения к субъективным пределам преюдиции органов и должностных лиц, применяющих и оценивающих преюдициальные акты, О.В. Левченко приводит следующие аргументы: вышеназванные акты оцениваются и судом, и на стадиях возбуждения уголовного дела, и в процессе предварительного расследования. При этом она рассматривает следующий пример: «Для следователя имеет значение при возбуждении уголовного дела, что по тому же обвинению уже имеется неотменённое постановление прокурора или другого следователя о прекращении уголовного дела, так как это обстоятельство исключает производство по делу и оно не возбуждается»".

С указанным О.В. Левченко примером вряд ли можно согласиться, потому что фактически в нём говорится о преюдиции постановлений прокурора, следователя, однако эти решения не имеют преюдициального значения.

На наш взгляд, очерчивая субъективные пределы преюдиции в уголовном судопроизводстве, речь стоит вести о властных субъектах процесса: суде, прокуроре, следователе, дознавателе.

По мнению Ю.М. Грошевого, выводы, содержащиеся в приговоре, имеют законную силу «в отношении тех или иных лиц и организаций, которые непосредственно указаны в приговоре»1.

Ф.Н. Фаткуллин утверждает, что субъективные пределы действия приговора распространяются на лиц, чьи субъективные права, обязанности непосредственно вытекают из рассматриваемого судом уголовно-правового отношения, а также к остальным гражданам, должностным лицам, организациям и учреждениям. По мнению учёного, исключением могут быть неустановленные соучастники преступления и лица, подлежащие привлечению к уголовной ответственности вместо оправданных судом лиц".

Г.Л. Осокина, рассматривая преюдицию применительно к гражданскому процессу, также выделяет её субъективные и объективные пределы.

-По мнению автора, объективные пределы преюдиции - это предрешён-ность всех или определённой части фактов и правоотношений, установленных вступившим в законную силу решением или приговором суда общей юрисдикции либо решением арбитражного суда. Под субъективными пределами действия преюдиции понимается то, что «преюдициальность установленных законом фактов обязательна не для всех заинтересованных лиц, а только для тех, которые участвовали в предыдущем деле (процессе) в качестве истцов, ответчиков, третьих лиц, заявителей» .

При этом она считает, что субъективные пределы преюдиции указаны в чч. 2 и 3 ст. 61 ГПК РФ: обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица1.

Таким образом, для лиц, которые не принимали участия в предшествующем деле, но чьи права и законные интересы затронуты вступившим в законную силу решением суда, установленные в нём обстоятельства не будут иметь преюдициального значения и могут доказываться в последующих процессах повторно.

Рассматривая соотношение преюдиции различных судебных актов в гражданском процессе, Г.Л. Осокина утверждает, что преюдициальная сила вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу гораздо уже преюдициальной силы решения суда по гражданскому делу. Так, размер ущерба, установленный вступившим в законную силу приговором суда по уголовному делу, не имеет преюдициального значения для суда, рассматривающего дело в порядке гражданского судопроизводства .

На наш взгляд, с этим отчасти следует согласиться. В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из редакции названной нормы, можно сделать вывод, что содержащиеся в приговоре обстоятельства иного характера при рассмотрении гражданского дела не имеют преюдициального значения.

На это указывает и Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» (п. 8). Суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вопроса о вине ответчика, а может разрешать лишь вопрос о размере возмещения. Следовательно, при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причинённого преступлением, установленная приговором сумма ущерба преюдициального значения не имеет1.

Ст. 209 ГПК РФ определяет последствия вступления судебного решения в законную силу, запрещая лицам, участвовавшим в деле, оспаривать в другом процессе обстоятельства, установленные таким решением суда.

Источник: http://www.dslib.net/kriminal-process/prejudicija-v-ugolovnom-processe-rossijskoj-federacii.html